Омск в искусстве

Я родилась в Омске. Омск - это Азия. Это и азиатский Север. Связан он и с югом через близость к Средней Азии.

И - это дорога на Восток!
Потому статья об искусстве Омска имеет право быть на этом сайте. Но об искусстве здесь не так много. Больше другого... Я жила недалеко от центра города, где находились Музеи, ВУЗы, театры. А рядом на улице Кооперативной сохранились какие - то особнячки с фотепьано с клавишами из слоновой кости в гостинных этих зданий, полуразвалившихся, деревянных, мистически-заросших сиренью и засаженных георгинами - меня водил туда отец. О это таинственный мир мне снился потом, и сны эти я все не могу разгадать...

Вспоминаю Омский музей изобразительных искусств как место знаковое для Сибири. Сибирские художники представлены в музее хорошо. Так же проводятся выставки их работ по тому или иному поводу.
Все, что давала и дает России Сибирь не перечтешь. Можно лишь упомянуть в короткой заметки несколько имен для Сибири и Омска замечательных. Здесь встретятся имена художников Алексея Либерова и Кондратия Белова. Отдаленные от центра сибирские города с суровым климатом становились родиной выдающихся деятелей России. Несмотря на сложные условия жизни, а иной раз кажется и благодаря им зрел и креп в Сибири характер труженика-творца. Ценром художественной культуры в городе Омске много лет был Музей изобразительных искусств имени М. Врубеля.
В музей изобразительных искусств ходила с детства.
Чаровала обстановка музея, прохладные обширные залы, скопившаяся за многие годы энергетика высокой культуры, тишина и респектабельность. А самое главное и ценное - коллекция музея, включающая шедевры мировой и русской живописи. Для музея провинциального собрание картин богатое. Несколько больших полотен Айвазовского, картины Куинджи, Репина, Нестерова, Врубеля, Серова, Рериха и других выдающихся мастеров можно увидеть в залах Омского художественного музея. В зимние морозные вечера музей освещался теплым светом. Загорались большие хрустальные люстры. И в главном зале начинала звучать музыка. Рояль рокотал, и в полумраке совсем небольшая аудитория, собравшаяся здесь и объединенная на этот вечер общими чувствами и переживаниями, делала свой очередной вклад в создании энергетической ауры музея. Кажется, это и сейчас происходит: светятся мягко зеркала и окна, отражая зажженные канделябры, звучит рояль, полотна льют на слушателей свой приглушенный полутьмой свет. "
Михаил Александрович Врубель. Розы и лилии. Левая часть триптиха «Цветы» для особняка Е.Д.Дункер в Москве. 1894. [/caption]

"<br

В старом здании музея в 2013 году разместилась небольшая экспозиция, посвященная нашему омскому живописцу Алексею Либерову.

Либеров Над Васюганом. 1975. Б.пастель. 70х100
Либеров Над Васюганом. 1975. Б.пастель. 70х100

Экспозиция оказалась интересной. Войдя в зал с картинами Либерова я услышала доносящиеся звуки мазурки Шопена. На картинах были наши сибирские пейзажи. Часто хмурое небо, Тобольск … суровый край – темные краски с переливами серебра и сини, и отсветами и бликами, играющими и светящимися среди темени, и мощь, и скорбь, и тишина, и та чистота, которая была в Сибири лет 40 назад. Тюменские нефтяные вышки…
Вспомнился берег Иртыша в центре Омска в пятидесятых годах прошлого века. Зданий на левом берегу не было. Ленинградского моста тоже не было. И Нефтеперерабатывающего комбината не было. Река катила свои воды. " Пленер" был прямо напротив зрителя, если он находиться на пляже центрального района. Мне нравилось наблюдать за проплывающими судами, лодками, катерами. Рыбаки с закидушками базировались в районе "Захламина ". "Захламино" оправдывало свое название. Это деревня на месте которой был построен городок Нефтяников. Берег Иртыша был обрывистый и крутой. В глиняной отвесной поверхности берега ласточки стоили гнезда. Река шевелилась как живая. Смотрю на полотна Кондратия Белова и оживает былой Омск, былой Иртыш. насчет Захламино: Вот выдержка из интересной статьи "Омские Нефтяники были построены силами заключенных: страницы истории Захламино." "Пригородная станица к северу от Омска, которая бесследно исчезла при строительстве Нефтяников. Завершить описание старого Захламино стоит обширной цитатой из "Экологического романа" Сергея Залыгина. Герой его романа в конце сороковых-начале пятидесятых проживал в Захламино, руководя при этом отделением гидрографической службы в Омске. Сам автор не понаслышке знавал Захламино, так как в тридцатые годы учился в Омской сельскохозяйственной академии и проживал в Сибаках, то есть в двух километрах от станицы".

Сергей Залыгин описывает страшную участь Захламино, превратившегося в пересыльный лагерь ГУЛАГа для обеспечения печально известной Северной железной дороги. Других подтверждений этому я не нашёл (пишет автор): захламинская пересылка не упоминается ни в перечне многочисленных омских лагерей, ни в истории стройки 501/502. Известно, что в захламенских лагерях некоторое время находился историк Лев Гумилев. Сергей НАУМОВ пишет: "В первой половине 1950-х годов вся территория будущего городка Нефтяников представляла собой пустынную местность, огороженную по периметру высоким забором, обтянутым колючей проволокой. Весь этот простор был разделен на несколько блоков в границах современных улиц Нефтезаводской, Магистральной и Химиков. Первоначально зеками строителись деревянные бараки хозяйственного назначения, но уже в 1954 году «зоны» были брошены на строительство жилмассива на проспекте Мира, на улицах Магистральной, Грозненской, проспекте Культуры. Среди более 8 тысяч заключенных Камышлага, переброшенных в Омск для участия в создании нового гиганта советской нефтехимии и прилежащей к нему инфраструктуры, были люди с громкими, известными фамилиями: выдающийся советский тенор Николай Печковский и будущий всемирно известный историк-этнолог, автор пассионарной теории этногенеза, сын Николая Гумилева и Анны Ахматовой Лев Гумилев.

Отбывавший наказание вместе с Гумилевым также по 58-й статье УК РСФСР житель Омска Виктор Балабанов оставил воспоминания о знаменитом сокамернике:«К Леве Гумилеву мы относились, как к большому ребенку, такой он был непосредственный, какой-то с виду беззащитный, не отличался богатырским здоровьем. Поэтому специально старались оставлять его дневальным по казарме, все полегче – не землю ворочать. Работали не разгибаясь, от звонка, как говорится. Никаких выходных у нас не было».

В Омске Гумилев, который к тому моменту уже не надеялся выйти из лагеря живым и даже сделал распоряжения товарищам на случай своей смерти, стал чувствовать себя лучше. Сибирская весна ему понравилась, хотя пыльное и жаркое лето он переносил трудно. Именно в омской зоне ученый вернулся к научной работе. После смерти Сталина условия содержания в лагерях стали немного легче: зекам разрешили хранить записи. Бараки лагеря находились в районе современной школы № 112 (улицы Круговая и Мамина-Сибиряка), а заключенные строили больничный городок. Утром, направляясь на работы, Гумилев занимал место в середине колонный, чтобы не смотреть по сторонам и на протяжении всего пути думал над формулировками своих научных изысканий. Большую часть информации историк держал в голове и лишь самое важное – в небольших самодельных тетрадях. В это же время он сумел написать рукопись будущих монографий «Хунну. Срединная Азия в древние времена» и «Древние тюрки», которая была положена в основу его докторской диссертации.

В общей сложности Лев Гумилев провел в Омлаге три года. Весной 1956 года Особая комиссия по реабилитации сняла с него все ранее предъявленные обвинения, и 14 мая ученый покинул Омск. В 1990 году омское отделение общества «Мемориал» приглашало Льва Гумилева на памятный вечер, но по состоянию здоровья приехать он не смог. Выдающийся историк так больше и не посетил город, который стал для него местом тяжелейших испытаний и одновременно подарил уверенность в том, что даже в самых страшных условиях нужно верить в себя, в свои силы, в людей, тебя окружающих. Верить, несмотря ни на что."

Лев Гумилев и Омск
Лев Гумилев и Омск

Удивительно. Нет мемориальной доски или памятника этому человеку в Омске. Может есть-а я не знаю. Нет экспозиции в историческом музее, посвященной этим событиям.
Поэт Аркадий Кутилов в стихотворении "Я Омск люблю легко и пылко"писал:

Аркадий Кутилов об Омске
Аркадий Кутилов об Омске

Мои родители жили в СИИБНИЗХОЗЕ. И отец и мать-из семей ссыльных. С вокзала трамвай не ходил. Когда дядя привез мед с Севера-наняли "ломовика", чтобы добраться. Меня еще не было в то время. Конец 40-х. Но страх впоследствии сопровождал мою жизнь в Советском Омске. Как и, наверное, многих потомков ныне реабилитированных граждан. Это, к стати, о Захламино. Жить было трудно и страшно. И творить было нелегко, пытаясь увязать "мечту" с ужасающей действительностью. Но жизнь шла. И неведомая сила жизни заставляла создавать прекрасные полотна, рождать вдохновение, оттачивать технику...
В те годы в Омске можно было соприкоснуться с природой. Теперь все "природное" под асфальтом, кирпичом, пластиком, смогом, дымом. В те годы пейзаж рождался могуче и вдохновенно. Иртыш был эпической рекой. Иртыш того времени очень хорошо изображен на полотне нашего омского художника Кондратия Белова " Сплав на Иртыше".

Лесосплав на Иртыше Белов Кондратий
Лесосплав на Иртыше Белов Кондратий

Он выдающийся живописец нашего сибирского края. Биография его -это летопись нелегкого пути к мастерству и признанию. Воевал в гражданскую войну несколько месяцев на стороне белогвардейцев. В последствии этот факт биографии омрачил жизнь художника. Но Кондратий выстоял. И создал живописную " Оду" сибирскому краю, воспел мощь и красоту сибирской природы. Теперь искусствоведы называют Кондратия Белова мастером эпического пейзажа.
Омск расположен на скрещении многих путей и дорог. От него совсем недалеко находятся разные климатические зоны. Совсем близко на Севере тайга, знаменитое Окунево с таинственными природными и сверх природными явлениями. С юга степь. Степь степей, Великая степь Евразийская степь. Это разнообразие отражается и в укладе жизни людей, проживающих в Омской области, и в творчестве омских и сибирских художников.
В Омске жило и живет много талантливых людей. Много творческих одаренных художников на Омской земле. Теплится надежда, что культурное наследие будет бережно сохранятся, а таланты земли Сибирской получать всемерную поддержку как самое ценное, что производит край.

Алексей Николаевич Либеров (1911-2001) На Иртыше
Алексей Николаевич Либеров (1911-2001) На Иртыше

Андрей Тарковский в "Запечатлённом времяни" писал о исчезновении в современном искусстве состовляющей, которую он назвал "тоской по духовности".
Думается и Кондратий Белов и Алексей Либеров были не современны в том смысле современности, который имел ввиду Арсений Тарковский. Здесь пока не много сказано ни о них самих ни об их картинах. Мы видим этот свет и ощущаем чудо...

Конечно, написать несколько строк об искусстве Омска и остановиться нельзя.
Интересено творчество Николая Яковлевича Третьякова (1926 - 1989) — омского художника «шестидесятника» графика, живописца, монументалиста.
В 1952—1958 годах он каждое лето участвовал в качестве художника и фотографа в составе научно-этнографических экспедиций Академии наук СССР, исследующих южные и западные районы Казахстана. В первой своей экспедиции 1952 года в Меркенский район Джамбульской области познакомился со своей будущей женой, которая защитила диссертацию в Институте этнографии Академии наук СССР в Москве. Ирина Витальевна Захарова была нашим преподавателем истории Древнего Востока и археологии.Она много сил и энергии посвятили иучению археологии Сибири, стала ученым, работала научным консультантом в ОМГУ им. Достоевского. Николай Викторович много ездил по Сибири и Средней Азии и эти поездки нашли отражение в его полотнах и рисунках.
1993 год стал годом художника Третьякова в Омске.

Третьяков

В Омском Государственном Музее изобразительных искусств "хранится уникальное собрание акварелей японского художника Бёдзана Хирасавы. На этих акварелях изображена повседневная жизнь айнов — коренного населения острова. Это самое крупное в мире собрание акварелей из этой серии, благодаря которому Омский музей закрепил за собой особое место на мировой музейной карте",-говорися на сайте "Музейный гид 2014".

[caption id="attachment_7022" align="aligncenter" width="600"]Бёзан Хирасава. Айны Бёзан Хирасава. Айны

Балуют омичей музеи выставками. В 2011 приезжали в Омский Музей изобразительеых искусств гравюры и рисунки Сальватора Дали из частной коллекции.
Отрадно возраждение культурной памяти в Омске. Возвращение имен и произведений. Так все больше внимания Антону Сорокину, писателю и художнику, которому Бурлюк выдал "Удостоверение в гениальности".

Бурлюк. Портрет А. Сорокина
Бурлюк. Портрет А. Сорокина

Еще один художник испытал влияние Давида Бурлюка в годы Гражданской войны в Омске. Это Уфимцев Виктор Иванович (1899–1964).
Вот что говориться о нем на сайте "Галлерея Шишкина" http://www.shishkin-gallery.ru/artist_367.html:
"В начале творческой карьеры отдал дань авангарду, в частности футуризму. Один из организаторов и участников омского объединения художников «Червонная тройка».
В 1923–м уехал в Среднюю Азию. В Ташкенте и Самарканде он познакомился с творчеством А. Волкова, М. Сарьяна, вдохновлялся разными направлениями и стилями. Его работы обретают восточный колорит. Знаменательной для него стала встреча в 1924 г. в Бухаре с архитектором–конструктивистом М. Гинзбургом, возглавлявшим
экспедицию по защите и охране памятников архитектуры. По предложению Гинзбурга Уфимцев два месяца проработал в его экспедиции, что отозвалось впоследствии в его плакатах в стиле конструктивизма.

Омская футуристическая художественно–литературная группа «Червонная тройка» была близка по своим творческим устремлениям бубнововалетовцам. Во время Гражданской войны в Омске, где находилось правительство Колчака, собралось много беженцев из Москвы и Петрограда, в том числе художники, литераторы, поэты. Большое впечатление на них произвел приезд Давида Бурлюка. В 1919‑м году, путешествуя по России, отец русского футуризма побывал в Омске, где выступал со своими экстраординарными лекциями и ратовал за все «необычное».
Возглавлял «Червонную тройку» художник В. Уфимцев, который подготовил
иллюстрированное издание «Футуристы — сборник 1» с дерзкими и остроумными решениями, линогравированными
портретами участников группы. Работам участников «Червонной тройки» свойственен подчеркнутый геометризм форм, яркие краски, декоративность
Объединение просуществовало несколько лет, до середины 1920‑х годов, и даже организовало 4 художественных выставки в жанре так называемых «заборных», от слова «забор» (термин Д. Бурлюка).
В середине 1920‑х художники объединения разъехались по разным городам страны. Однако традиции, заложенные ими, были органично восприняты омскими художниками следующих поколений."

Уфимцев Работа
Уфимцев Работа

About Наталья

Наталья Турышева has written 224 post in this blog.

Comments

Омск в искусстве: 2 комментария

  1. Замечательная статья, проникнутая любовью к тому, что дорого и памятно, с тонким пониманием искусства и людей искусства.

Добавить комментарий